December 9th, 2008

Страх Б-жий или о храбрости


Сказано, что получив известие о приближении Эсава в сопровождении четырехсот человек, «Яаков страшно испугался, и сердце его стеснилось в груди». Комментаторы удивляются: тот, кто видел во сне лестницу, вершина которой достигала небес; тот, кто слышал голос Всевышнего, обещавшего – «Вот: Я с тобой, и сохраню тебя везде, куда ни пойдешь, и возвращу тебя в эту страну – ибо Я не оставлю тебя, не сделав всего, что Я обещал тебе» - тот самый Яаков страшно испугался? Тот, которого провожали ангелы по дороге в Харан и встретили, когда он вернулся оттуда; тот, которому в доме Лавана открылся Всевышний и повелел вернуться на родину; тот, ради которого Б-г даже явился самому Лавану, чтобы предостеречь того от исполнения недобрых намерений, - испытывает ужас?! Возможно ли, чтобы он сомневался, чтобы не верил в осуществление обещаний, данных ему самим Всевышним?!
Мидраш Танхума отвечает на этот вопрос параллелью с книгой притчей Соломоновых: «Об этом сказано: «Счастлив испытывающий страх постоянно, а ожесточающий сердце свое попадает в беду». Так вели себя благочестивые люди: даже получив обетование от Всевышнего, не сбрасывали с себя иго страха перед Ним». Праведник - не фаталист, полагающий, что все предопределено заранее и никакие поступки – ни хорошие, ни плохие – никоим образом не влияют на происходящее. Яаков знает, что судьба его не предопределена заранее, и что обетование Всевышнего – не долговая расписка, которую можно предъявить в суде в случае нарушения договора. Наоборот: исполнение обещания Всевышнего полностью зависит от поведения самого Яакова, и оно может быть отменено, если он сам погубит свои заслуги.
Иное, психологическое объяснение дает нам средневековый испанский комментатор Абарбанель: «Страх Яакова и ужас его перед Эсавом не были по причине недостатка веры, потому что сердце его было абсолютно уверено во Всевышнем. Но страх его был подобен страху, который испытывает по-настоящему храбрый воин, выходя на войну. Он боится смерти и чувствует опасность, но, с высоты своего положения, предпочитает прекрасную смерть». Тот, кто выходит на войну, полагая, что не погибнет, не называется храбрецом, он просто дурак. Точно так же, как дающий обильные пожертвования только потому, что не ценит свое достояние, не считается щедрым, так как делает он это не руководствуясь правильным выбором, а лишь потому, что презирает деньги. Как раз достойно настоящего храбреца печалиться перед лицом возможной смерти и вместе с тем принимать ее как достойный удел для себя. Так же обстоит дело и с Яаковом. Он чувствует ужасный страх, и, тем не менее, превозмогает его. Собрав все свои силы, он отправляется на встречу с братом, тем самым на деле доказывая, что действительно верит в свое пророчество и твердо уверен в предназначении, дарованном ему свыше.
По мнению Абарбанеля, страх Яакова был совершенно естественным человеческим чувством, которое испытывает любой человек – и нечестивец, и праведник, и неопытный юноша, и зрелый муж, и твердо уповающий на Всевышнего, и лишенный веры в Него. Тот самый страх, который знаком даже самому отчаянному храбрецу, перед лицом смертельной опасности, угрожающей его жизни! И только когда человек побеждает этот страх, он получает право называться истинно храбрым, и только тогда, когда человек преодолевает свои сомнения, выясняется, что он по-настоящему уповает на Всевышнего. Страх и сомнения посещают каждого из нас. Не надо этого бояться. Наша сила в их преодолении!